http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20oxford%20student.jpg?itok=aX9ajG_shttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20oxfordmaybal.jpg?itok=u4Tuh7s8
01/07/14

Выпускники Оксфорда и Кембриджа делятся опытом

Если британский преподаватель вам говорит: «Это интересно», в большинстве случаев это переводится как: «Вероятно, кому-нибудь это будет интересно, но не мне, по крайней мере, не сейчас»

 

Оксфорд и Кембридж, или как их называют вместе Оксбридж, имеют статус самых престижных университетов мира. Несмотря на многолетнее соперничество, Оксфорд и Кембридж во многом похожи, хотя Оксфорд больше известен гуманитарными науками, а Кембридж – точными и естественными.

Поступить в Оксбридж непросто. Но некоторые пытаются. Помимо хорошего знания английского, одним из серьезных препятствий на пути в Оксфорд или Кембридж может стать высокая плата за обучение – сейчас она составляет от 10 до 12 тысяч фунтов в год. Помочь могут разнообразные международные фонды, предоставляющие гранты и стипендии, но никто не даст гарантии – одобрят вашу заявку на грант или нет. Нужно стремиться как можно более подходить под требуемые критерии – и по научной деятельности и по социальной активности. В этом году и в России запущена программа, которая будет поддерживать российских студентов, поступивших в ведущие университеты мира – "Глобальное образование".

Но если вам повезло и вы поступили в Оксбридж, студентам из России приходится приноравливаться к английским университетским правилам. 

Максим Буев, декан экономического факультета Европейского университета в Петербурге, выпускник СПбГУ и ЕУ и St Antony's College Оксфордского университета, вспоминает: «В Англии есть одна большая сессия в конце года. При этом многие экзамены ставят на один день: иногда бывает по три экзамена в день – утром, днем и вечером. Разумеется, тактика подготовки к таким сессиям совсем другая. Приходится готовиться ко всем экзаменам одновременно. Очень трудно переключаться, например, с макроэкономики в 9 утра на эконометрику продвинутого уровня в 13:00. На самом экзамене (все они письменные) время есть только на то, чтобы сразу отвечать на вопрос, т.е. думать, вспоминать – нет времени». 

Та же система и в Кембридже. «Дело самого студента – учиться ли в течение семестра или наслаждаться свободой, – рассказывает Евгений Затуловский. – Подготовиться к экзамену во время сессии за пару бессонных ночей, как это делают многие у нас в России, вряд ли получится – на один день могут поставить сразу несколько экзаменов, а через день  – еще парочку. И возможности пересдачи сильно ограничены». Впрочем, даже без сессии  каждую неделю в течение учебного года нужно сдавать большой объем письменных работ – эссе.

Вместе с этим в Оксбридже есть и свобода – многое нужно постигать самостоятельно. Лекций, по сравнению с российскими университетами, немного – и далеко не все они обязательны для посещения. Справиться с учебой отчасти помогает система тьюторства. Тьютор – это наставник (как правило – студент старших курсов), с которым турнет встречается 1-2 раза в неделю.

Помимо академических достижений, студенты Оксбриджа должны участвовать в социальной жизни. По словам Ксении Поспеловой, окончившей Академию художеств в Петербурге и St' Catherine College Оксфорда, «сложно быть студентом Оксбриджа и не принадлежать хотя бы к одному обществу – от общества любителей Диккенса до общества Бангладеша. Я была членом Русского и Немецкого обществ, а также Оксфордского Международного общества Дебатов».

«Среди студентов, аспирантов и научных работников в Кембридже довольно много русских, а правильнее сказать – русскоязычных людей, – говорит Евгений Затуловский. – У нас существует Русское общество Кембриджского университета, оно организует множество культурных, развлекательных и образовательных мероприятий как для русских людей, так и для иностранцев. Я был президентом этого Общества в 2011–2012 годах, до сих пор состою в его исполнительном комитете и могу сказать, что интерес к русской культуре и к русскому языку среди англичан и других граждан довольно высок».

Отношения с англичанами описываются по-разному, но в главном все сходятся: самое непривычное – закрытость или консервативность англичан. Они могут не здороваться с вами (даже учась в одной группе), если вы не были представлены друг другу.

При этом в Оксбридже царит атмосфера равенства. Максим Буев так говорит об этом: «Оксфорд учит не бояться авторитетов. Благодаря уникальной репутации он привлекает массу спикеров. Ты реально каждый день разрываешься между лекцией Тони Блэра и семинаром Умберто Эко и ужином с Севой Новгородцевым. С каждым из них всегда есть возможность побеседовать за бокалом вина после основной части мероприятия». 

С работой у оксбриджских выпускников складывается по-разному. «Диплом не дает гарантии, что ты быстро найдешь хорошую высокооплачиваемую работу. Иногда, как ни странно, это мешает – одни люди завидуют, другие не понимают, третьи относятся с недоверием», – говорит Ксения Поспелова. Но как бы там ни было, без работы бывшие студенты Оксбриджа не сидят.

 

Максим Буев, выпускник St Antony's College Оксфорда, декан экономического факультета ЕУ.

– Почему вы выбрали именно Оксфорд?
– Я планировал уехать учиться на Запад, на PhD программу по экономике. В Америку не подавал сознательно – считал, что учиться нужно в Европе,  это больше обогащает в культурном плане. Меня взяли в Барселону, Эссекс и Оксфорд. Но полностью деньги на обучение предоставил только Оксфорд. Поэтому все решилось само собой.

В то время плата года обучения в Оксфорде стоила 6500 фунтов. Столько же стоило проживание. Где найти такие деньги? Я написал письма в более чем 40 благотворительных фондов в Великобритании – все безрезультатно. Многие не отвечали вообще, 5-7 фондов прислали вежливые отказы. Однако осенью 1998 года я наткнулся на объявление, что инвестиционный банк N M Rothschild & Sons предлагает российским гражданам одну стипендию для обучения на программе MPhil по экономике в Оксфордском университете. На стипендию Ротшильдов в тот год было более 300 кандидатов. Первым условием получения стипендии было прохождение всех требований приемной комиссии в университете Оксфорда. В итоге, я оказался единственным de facto претендентом на стипендию.

– Что оказалось самым тяжелым и непривычным во время учебы?
– Меня поразило несколько вещей, кардинально отличающих наше образование от английского. Во-первых, количество лекций-учебных часов в неделю. На магистерской программе у нас было максимум 10 часов занятий (лекций и семинаров) в классе в неделю. И все. А потом предполагалось, что идешь читать в библиотеку. Оксфорд именно тому и учит – читать, и читать много.

Во-вторых, студенты в Оксфорде постоянно пишут сочинения – essays. Даже по математике. Учатся выражать свои мысли и идеи письменно. У студентов бакалавриата доходит до трех эссе в неделю. Каждое эссе до 9000 слов, т.е. порядка 15 страниц. Чтобы написать одно эссе, нужно прочитать около 400 страниц различной литературы. Арифметика простая: 1000 страниц чтения в неделю и 45 страниц сочинений.

Сложно было переключиться от режима нашего подхода к обучению на английский режим. В первый свой год я по российской привычке не особо ходил в библиотеку. Думал – перед сессией наверстаю. Потом начался кошмар. Я выехал на своих старых знаниях (благо перед поступлением в Оксфорд у меня уже было два высших образования).

Сложно было понять и принять (т.е. не замечать и не обижаться) некоторые английские привычки. Например, профессора не обязаны здороваться со студентами и в ответ не ожидают «здравствуйте», если столкнешься с ними на лестнице. При этом и сами студенты могут перестать здороваться, если в новом семестре вы оказываетесь в разных классах, хотя в прошлом семестре были в одном и здоровались.

– А наставничество насколько эффективно?
– Наставничество – это, конечно, оксфордский козырь. Возможность обсуждать проблемы (не только научные, но и личные) не в классе, а один на один – это гарантирует система тьюторов и тьюториалов в каждом колледже – для студента она бесценна. Но существует она фактически только для бакалавров. Для них я сам был уже наставником.

– А развлечения там какие?
– Я вступил, например, в European Affairs Society (EAS). Это объединение по интересу к европейской политике и экономике. EAS меня купил своим оксфордским развлечением «Port and Policy»: это когда все собираются в смокингах, при бабочках, пьют портвейн и разговаривают о политике. И курят сигары, разумеется, если на них есть деньги (у меня не было). Потом я вступил в Консервативную ассоциацию – в то время это было не очень модно, т.к. у власти были лейбористы. Это было еще более пафосно, чем «Port and Policy». Периодически бывала клубника с шампанским – это легкий вариант. Но в какой-то момент я получал удовольствие от истинно английских сборищ.

Есть еще такое развлечение как балы. Их организуют, как правило, весной и летом. Стоят они недешево – в мое время порядка 100-150 фунтов с человека за вечер (обычная вечеринка 2-3 фунта), но могут быть очень забавными, потому что все в итоге сводится к «сильно напиться подебоширить в хорошем стиле», т.е. все в вечерних нарядах, много пьют и целуются.

В начале каждого года различные университетские общества рекламируют себя среди новых студентов на специальной ярмарке. Есть, однако, еще неформальные общества или клубы – про них все знают, но попасть в них можно только по приглашению их членов. Так, например, многие представители аристократии  были членами элитарного Буллингдонского клуба в Оксфорде. Его члены часто устраивают обеды где-нибудь в ресторане, а потом неожиданно начинают громить этот ресторан, не оставляя камня на камне. Задача – успеть удрать до приезда полиции.

– С дипломом Оксфорда легко найти работу в Великобритании?
– Когда я уезжал в Оксфорд, один знакомый англичанин сказал: «О, Оксфорд – это уже совсем другая судьба». Он был прав. Оксфорд открывает очень многие двери – не только благодаря качеству знаний, но и бренду. У англичан перед Оксфордом большой комплекс. Иностранец с дипломом Оксфорда становится в Англии как бы уже и не иностранцем, а своим. Причем таким своим, которому открыто больше дверей.

– Английская система обучения лучше нашей?
– Российские университеты – они другие. Наши корни – в немецкой модели образования. Где учат большими группами. Это не лучше и не хуже. Просто по-другому. 

  
Нина Кругликова, основатель общества выпускников Оксфордского университета в СПб:

– Я проходила обучение по программе экологического менеджмента на степень магистра наук в Линкольн колледже в Оксфорде. Очень многие из тех, кто возвращаются в Россию после обучения в Англии, почти сразу переезжают в Москву, поскольку там больше возможностей и перспектив для работы и роста.

Оксфорд, по местному выражению, «is not part of the real world», т.е. не является частью реального мира. Поэтому важно знать не только формальные особенности обучения, но и некоторые особенности поведения, которые обязательно пригодятся будущим студентам. Помимо многочисленных уходящих вглубь веков традиций, существует некий кодовый язык общения между студентом и научным руководителем. Британская манера общения во многом строится на иносказательности, а присущая русским прямолинейность может быть воспринята как грубость. Поэтому если британский ученый вам говорит: «Это интересно», скорее всего, не стоит обольщаться, в большинстве случаев это переводится следующим образом: «Вероятно, кому-нибудь это будет интересно, но не мне, по крайней мере, не сейчас». 

  
Евгений Затуловский выпускник Gonville and Caius College в Кембридже:

– Между Кембриджем и Оксфордом я склонился к Кембриджу – он в большей степени специализируется на естественных науках, выбрал то научное подразделение университета, в котором хотел бы работать, – Лабораторию молекулярной биологии, отправил заявку на поступление. Перед этим в течение примерно года мне пришлось поработать над улучшением своего резюме CV, чтобы повысить свой шанс на поступление, участвовал в научных конкурсах и международных конференциях, писал статьи. Через некоторое время после подачи документов меня пригласили в лабораторию на собеседование. В течение целого дня я на английском языке отвечал на вопросы разных комиссий и потенциальных научных руководителей. Через несколько месяцев мне сообщили, что мне удалось заслужить стипендию на обучение в университете и я зачислен в лабораторию и в Gonville and Caius College.

Прибывая для обучения в Кембридж, студент или аспирант фактически числится в одном из этих 31 колледжей. Колледж является для студента учреждением социальным в неменьшей степени, чем образовательным: в колледже студент живет, при колледжах существует множество спортивных секций и кружков, на территории колледжа для студентов проводятся концерты, вечеринки и балы. Колледжи всячески стимулируют общение между своими студентами: практически каждый день проводятся ужины в старинном зале, где за одним столом могут оказаться и физик, и специалист по средневековой литературе, и юрист, и медик – считается, что такое взаимодействие может обогатить каждого. Что совсем удивительно для российского студента, в каждом колледже есть свой бар, где студенты могут выпить недорогого хорошего пива, вина или портвейна и весело пообщаться.

При том что англичане более закрытые люди, чем русские. При всей внешней вежливости, они довольно неохотно беседуют на личные и общечеловеческие темы. С этим,  мне кажется, и связана их традиция после работы встречаться с друзьями и коллегами в пабе: во-первых, немного алкоголя помогает непринужденному общению, а во-вторых, в Англии не очень принято приглашать людей к себе в дом в гости. Как сказал один мой русскоязычный товарищ своему английскому коллеге: «Знаешь, какая между нами с тобой разница? Ровно две пинты! После двух пинт ты начинаешь общаться так, как мы общаемся обычно».

 

online812.ru

 

Читайте также: 

Рейтинг 116 британских университетов 

Глобальное образование для России 

Британским студентом будет стать сложнее

Почем фунт знаний

 

http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20oxford%20student.jpg?itok=aX9ajG_shttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20oxfordmaybal.jpg?itok=u4Tuh7s8