http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/image.jpeg?itok=hWVvnRGG
16/04/16

SLOVO, День Первый | Предвкушение праздника

SLOVO, Необъективные заметки. Открытие. Макаревич

by Carina Cockrell

 

Прав был старина Джонсон: кто устал от Лондона (особенно - в пятницу!), тот устал от жизни! Я почувствовала, что даже погода не мешает чувству предвкушения праздника!  А погода вчера была ужасной. На стене Трокадеро - яркая плазма экранов. На Пикадилли ртутно серебрился мокрый асфальт, а после пяти наступило оно, это  всегда безумно суматошное и самое веселое время в “старом, добром” Лондоне: молодой, весело гомонящий, разноязыкий, безумный, маскарадный,  многоцветный, окончивший рабочую неделю лондонский люд, высыпает из домов, офисов, банков и магазинов, наполняет бары, рестораны, клубы, театры-  и начинается Праздник Свободы До Самого Понедельника!

Вчера у них  появилось и еще одно местечко, где можно  весело и с пользой провести пятничный вечер: на знаменитом уже Четвертом Этаже Waterstone Piccadilly- открылся (в седьмой уже раз!) единственный Фестиваль русской литературы за пределами России, совершенно независимый, не спонсируемый никакими государственными организациями, фестиваль SLOVO 2016.

Макаревич прилетел к нам из Любляны и, конечно, сразу получил лондонское крещение - абсолютно промок. Но это не подмочило ни гитару его, ни настроение! Его быстро согрел бокальчик красного вина и еще более теплый прием публики. Гитара у Макаревича  - удивительная, таких я никогда не видела - очень концептуальная, в стиле Сальвадора Дали :-)  

Андрей сообщил о своем открытии - почти ни в одном толковом словаре не нашел точного определения слова “красота”. И в течение вечера пытался рассказать о том, как понимает, что такие эстетическая  гармония - особенно в музыке.О том, что раскрашенные статуи древних греков вызвали бы в нас ужас яркими красками, а вот когда Время смыло краски, и открылась их подлинная, естественная Красота. 

Я перечитала множество интервью с Макаревичем, но нигде не было этого вчерашнего, проникновенного рассказа о том, как его комнатой была мастерская отца - прекрасного рисовальщика и архитектора. И как отец просил Андрея “помочь” - заштриховать пространство, или сделать еще что-то не сложное, и таким образом рождались отношения, бытовавшие в Искусстве веками: Мастер и Ученик, как в средневековом цеху. Какие хорошие вопросы задавали ему из публики: о том, почему искусство Возрождения не может отвечать запросам современного человека,  на исторической памяти которого еще зияют две самые жуткие войны и самые масштабные периоды человоистребления в истории цивилизации. Как после этого искусство уже не может быть неповрежденным, целым: мы увидели фрагментарность распадающегося мира. Это и отражает современное искусство. Так фрагменты легче будет потом сложить…?  Мы поговорили об этой разнице в психологии восприятия фактов искусства. О том, что то, что кажется концептуальной “кучей мусора” не является ею, а является фактом искусства, только если будит эмоцию. “Социализм был вызывающе некрасив.” 

Публика принимала его прекрасно, а я смотрела на публику. Ожидала, что придут в основном те, чья юность связана с голосом Андрея, но я ошиблась. На этих, совсем молодых людей, было приятно смотреть: со вкусом, интересно, без ярлыков напоказ, одетые, прекрасно говорящие на русском (зачастую - родном) и на других европейских  языках (я слышала) - уверенные в себе без развязности, свободные, прекрасно выражающие свои мысли (судя по разумным и точным вопросам): они в Лондоне - дОма, они здесь - свои! Русские европейцы. 

Как хорошо, что есть в Лондоне место, где можно сидеть среди книг, впитывая их энергетику, встречаться и говорить о жизни и книгах (для меня это - синонимы!) : этот Четвертый Этаж. Надо бы подать идею литературного клуба, который может собираться здесь вот так, например, раз в месяц, а не только раз в год стараниями неутомимого директора организации Academia Rossica. 

Андрея долго- долго не отпускали, он читал свои новые стихи и пел новые песни. Особенно запомнилась одна - Без Названия:

На прошлом и настоящем Отныне одна печать. Ах, как неудобен молчащим Тот, кто не сумел смолчать!   Смолчать не хватило силы, А им-то хватило сил: "Ну что ты распелся, милый? Ну, кто же тебя просил?"   И словно через подушку, Во избежание смут, Желают терпенья на ушко И руку украдкой жмут:   "Мол, ты нам надежду даришь В этот недобрый час! Скажи им в глаза, товарищ, Отдуйся за всех за нас!   Давай, с тебя не убудет!Ты вытянул свой билет. А мы-то простые люди, А с нас-то и спроса нет."   И в этом беззвучном гаме Под пенье неслышных труб Время ходит кругами И пробует нас на зуб. 

Да, пробует всех на зуб. И эту пробу проходят не все. Уже за одну гражданскую смелость быть таким, какой он есть, не предать своей молодости и остаться верным себе, Андрей достоин огромного уважения. И, наверное, поэтому, его новые песни еще лучше, чем старые.  А вот те, от кого время сумело "откусить", кто не прошел проверку эпохой, уже ни писать, ни фильмы снимать такие же талантливые, как раньше, не в состоянии.

Вокруг - лондонский дождь, вокруг меня - книги на всех языках и сидит со своей поразительнейшей гитарой Андрей Макаревич, и поет так, что понимаешь: предвкушение праздника было не зря! 

А завтра вечером - Водолазкин с его во всех смыслах новым романом "Авиатор", совершенно непохожим на прежние его книги. В "Новой" его уже назвали "самым ожидаемым романом года". А потом - Эткинд, Шишкин...И каждый вечер - новый автор, новая вселенная. 

Вот как оно вышло. Почти вся интересная и хорошая русская литература в этом апреле - на Пикадилли. Хорошо. 

 

________________

Фотографии с вечера Бориса Акунина на фестивале SLOVO

Фотографии с выступления Андрея Макаревича на Открытии фестиваля SLOVO

Фотографии с выступления Михаила Шишкина на фестивале SLOVO

Фотографии с выступления Александра Эткинда на фестивале SLOVO

  

http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/image.jpeg?itok=hWVvnRGG