http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20%20Monika_0.JPG?itok=bTSpaIS_http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/2%20ASKEFF.JPG?itok=d_7QO2nnhttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/3%20MOSTF.JPG?itok=gjzq-0xvhttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/4%20NOOTKF.JPG?itok=HgBqkFgC
01/03/15

Моника Норс: Иду и беру

Как стать куратором лондонской галереи? Как подружиться с секретными героями лондонского стрит-арта? Как разобраться в войне граффитчиков и стрит-артистов?

by Natalia Gorlenko

Новая галерея Lollipop в пяти минутах ходьбы от Liverpool Street Station открылась всего несколько месяцев назад и специализируется на современном и стрит-арт искусстве. Каждый день есть возможность пойти на бесплатный тур по стрит-арту в городе. Lollipop открыла супружеская пара молодых финансистов из Сити. Владелец то наблюдает над тем, как монтируется новая русско-американская выставка, то убегает в офис своей финансовой компании. Русский Лондоне поговорил с сокуратором выставки ‘EAST STREET/WEST STREET’ Моникой Норс о самой выставке и о том, что такое стрит-арт.

  

Ты куратор выставки в галерее Lollipop. Выставка объединяет русских и американских художников стрит-арта. Расскажи немного про себя, и как возникла идея выставки?

Это долгая история. Я приехала в Лондон учиться в Chelsea Colledge of Arts, Curating and Collections, это курс на год. И обычно, если я куда-то попадаю, мне хочется заниматься какими-нибудь проектами. Мне неинтересно сидеть на месте и ждать, что кто-то мне предложит сделать выставку. Я обычно иду и сама предлагаю. И так вышло, что я приехала в субботу, во вторник открывалась галерея, я подумала, надо зайти и посмотреть, что там происходит. Меня пустили. Смотрю, вроде все нравится, огромное пространство, два этажа, художники очень неплохие. Спрашиваю первого попавшегося прилично выглядящего человека: «А вы не подскажете, а кто тут владелец?» И мне указывают на даму. Я к ней подхожу и говорю: «Здравствуйте! Я молодой куратор из Москвы, я знаю уличных художников  из Москвы. Я так понимаю, вы специализируетесь на стрит-арте. Если вам будет нужна какая-то помощь, сделать выставку, с кем-то познакомить, то я с удовольствием могу все это сделать». Через неделю мы встретились. Таким образом, через две недели после того, как я приехала, мне предложили сделать выставку. Я бы не сказала, что мне повезло, мне кажется, никогда в таких вещах не везет, просто нужно брать и делать. Причем, у меня опыта кураторства не так уж и много.

А чем ты в Москве занималась?

Я закончила МГУ.

Отделение истории искусства?

Нет (смеется). Факультет Государственного Управления. Попыталась даже устроиться работать в Министерство Регионального развития, но мне как-то не понравилось, не получилось.

Ты начала там работать? 

Нет, я даже не начала там работать. Настолько мне не хотелось там работать. Я четко понимала, что это совсем не мое. Как-то скучновато это для меня. А однажды получилось так, что совершенно случайно попала на Винзавод. У меня когда-то давно был проект, по которому я общалась с Софьей Троценко, директором Винзавода. Я искала какую-то интересную работу, и меня взяли на Винзавод. Так я абсолютно с нуля, вообще никогда нигде в жизни не работая, начала работать в сентябре 2013 года в центре современного искусства. Софья сказала: «Иди и занимайся проектом «Стена» - как раз в это время перезапускался проект «Стена», на котором работал Миша Мост. Вот так мы с Мишей начали вместе работать. Проект заключается в том, что каждый месяц приглашались художники-стриартисты заново расписать стену. Я занималась менеджментом, логистикой и еще мне нужно было искать деньги для этого проекта. А в какой-то момент я подумала – не лучше ли мне найти деньги для моего собственного проекта? Вот с этого все и пошло. Я хотела сделать выставку одного очень известного художника, но не получилось. Вообще, у меня было сто попыток, и со 101-й получилось. Мне очень повезло, потому что я познакомилась с Сабиной Чагиной, которая делает «Артмоссферу», биеннале уличного искусства, которое проходило в сентябре. Я ей предложила спецпроект – сделать выставку бомберов, граффитчиков, которые раскрашивают поезда, стены, и все это нелегально. Идея была сделать выставку с нелегальными работами. И Сабина согласилась. Музей Москвы решил дать мне площадку, нас спонсировала Montana, я взяла 5 самых сильных команд, и мы сделали по-моему очень неплохую и успешную выставку. Все работы были сделаны нелегально.

Что значит нелегально, поясни, пожалуйста?

Мы брали холсты, крепили их к стене и делали кусок. Без разрешения. Просто делали на улице кусок. Снимали холст, и получалось, что холст – это фрагмент стены.

Таким образом получалась имитация стены? То есть, если бы это было не для выставки, они бы просто рисовали на стене, правильно?

Да. Я убеждена, что граффити должно на улице оставаться.

Как раз с этим связан основной мой вопрос. А нет ли противоречия в том, что художники стрит арта выставляются в галерее? Ведь изначально существенная составляющая этого искусства в том, что оно связано с социальным активизмом, с протестом, с риском, с тем, что ты делаешь это нелегально и это может повлечь за собой очень серьезные последствия. А когда это искусство переходит в галереи, оно лишается своей сути.  Не предается ли таким образом главная идея стрит-арта?

Я абсолютно согласна. Поэтому сейчас я разрабатываю идею, как бы это выставить, чтобы не лишиться этой составляющей.

Это была твоя кураторская идея рисовать на холсте, закрепленным на стену?

Она родилась как результате брейнсторминга моего и команды «56». Это моя любимая команда. Я их обожаю.

Что за команда? 

Они очень активны - сейчас в команде четыре человека. Кстати, недавно вышло интервью с ними.

А что происходит, если ребят ловит полиция? Ты знакома с этой юридической стороной?

Да, могут посадить.

Это в Москве. А здесь, в Лондоне?

Оооой! Ну, в Москве пока никто не сидел за граффити. Зато здесь у меня есть друзья, которые сидели в тюрьме. Один – полтора года. Сейчас сидит VAMP 3 года за поезда. Это считается как порчей государственного имущества, вандализмом. В Англии с этим очень строго, особенно поезда. На стоянку поездов не так сложно здесь пробраться, но, если поезд разрисован, он уже вряд ли выедет, поэтому сфотографировать невозможно. Сразу видят, что поезд разрисован, и не выпускают его. Сразу отмывают.

Правильно ли, что это искусство состоит еще и из фотографирования работы?

Да, конечно.

И сделать граффити занимает где-то 5 минут, так?

Да, максимум 10 минут. Это бомбинг. Это очень быстрая работа. Быстро прыгнул на поезд или на стену, оставил кусок и убежал. А райтинг (writing) занимает больше времени, вырисовываешь свои красивые шрифты, расписываешь. Есть разделение – стрит-арт и граффити.

А чем отличается граффити от стрит-арта?

Это сложный вопрос. Однозначного мнения нет, каждый для себя формулирует. Граффити – это шрифты. Это имя, команда. Смысл в том, чтобы оставлять след. Это делается быстро.

Если нельзя сделать быстро, то это уже непротивозаконно? Это должен быть заказ от города либо какой-то другой легальный заказ?

Да, но все это объединяется под понятием стрит-арта, это все-таки тоже на улице. И еще, если граффити сделано легально, это уже не граффити. Никто сейчас не закажет, чтобы на всю стену написали “Зачем” или «56», никто не будет этого делать. На всю стену попросят, скорее, нарисовать что-то красивое. Поэтому такого понятия как «выставка граффити» не может быть. Мой следующий проект будет как раз по поводу этого, но это пока секрет. Я бы хотела познакомиться с какой-то институцией покрупней и сделать не коммерческий проект, а скорее музейный.

Как бы ты сформулировала отличие художника стрит-артиста от обычного художника?

Многое от background зависит – эти ребята начинали на улице, они все делали граффити и, мне кажется, в их работах сохранилась эта эстетика. Взгляд на вещи, на то, как делается искусство. Может, они более свободны.

Ты писала в анонсе, что и русских и американских стрит-артистов объединяет человеческое начало их работ. Расскажи об этом.

Это наш кураторский message. Мы же объединили две противоположные стороны, и главное во всех этих –  отношениях, экономических, политических – просто нужно оставаться человеком.

А стрит-арт – это хорошее поле, на котором это можно выразить, да?

Да. Чем еще стрит-арт хорош, это доступностью обычному зрителю, человеку, у которого нет возможности, нет привычки, который, возможно, не образован и вообще не ходит в музеи и не понимает современного искусства.

Искусство само приходит к такому человеку.

Да. Это искусство принадлежит людям. Они проходят мимо и любуются, могут поставить стул, сидеть и смотреть на это произведение. Очень многие люди не понимают современного искусства.  А message стрит-арта он очень доступен. Вот почему Banksy так знаменит? Потому что каждый человек понимает, о чем он говорит. Другими словами, это преодоление барьера между искусством как чем-то элитарным.

Это превращение искусства во что-то очень доступное.

Да. В данном случае человеку не нужно делать вид, что он понимает разобранную кровать Tracey Emin. Он не должен приходить в галерею и чувствовать себя там глупым, необразованным, непонимающим искусства. Работы, которые мы представляем, намного понятней и доступней зрителю. 

Ты отбирала и русских художников для выставки и американцев?

Нет, я сокуратор. Галерея работала над американской частью проекта, а я над русской.

А американцы знали, с кем они будут выставлены?

Да, конечно. The Mirf, например, Миша Мост сам предложил.

Возвращаясь к вопросу о коммерциализации стрит-арта: когда Shepard Fairey сделал плакат к выборам Обамы, его обвиняли в том, что он продался Обаме.

Я не могу никого осуждать. Например, в Лондоне я, в основном, общаюсь с граффити, а не со стрит-артистами. И граффити ненавидят стрит-арт и наоборот.

Они думают, что стрит-арт – это эстетство, в нем нет экстрима?

Да, они считают, что все стрит-артисты продались. Это самый распространенный тезис моих знакомых граффитчиков здесь.

И если граффитчикам предложит выставиться галерея, они не согласятся?

Нет. Но это выбор каждого.

А бывает такое, что что-то делается на улице нелегально, а местные власти смотрят, им нравится и они решают оставить.

Вот, например, Banksy сейчас даже защитными экранами закрывают. Мне кажется, это ужасно. Вы в курсе, что  самого Banksy сейчас вандалят. Это интересно – моя знакомая устраивает фестиваль стрит-арта на юге Лондона. Так туда пришли граффитчики и затэгали все – испортили 30 работ.

Я видела, как группа «Зачем» закрасила белой красочкой сначала на стене все предыдущие надписи, и потом написала свое. Существует ли какая-то этика внутри этой культуры?

Это зависит от авторитета команды. Например, если меня попросят раскрыть имена членов какой-то команды, я никогда в жизни не сделаю этого. Для меня это доверие этих людей. Я скорее потеряю место в университете, чем доверие этих людей. Это очень важно, так как поймать могут любого. Предательства здесь не может быть.

Ты здесь познакомилась со многими граффитчиками и стрит-артистами. Какая разница между московскими и местными?

Мне легче было влиться в компанию местных, лондонских. Они намного более скрытные, это очень сложно, но, мне кажется, у нас менталитет похож, мне легче с англичанами общаться. Они меня легче приняли.

А как тебе удалось познакомится, как ты их нашла? Наверное, это не очень легко.

Это вообще не легко. В первую очередь я познакомилась с NOIR, это тот человек, который отсидел полтора года. Я сказала, что хочу взять у него интервью. Он согласился. Мы пообщались, я ему понравилась, и он предложил меня познакомить с друзьями. Я знакома со многими легендарными граффитчиками. Но есть очень активные молодые команды, с которыми невозможно познакомиться. Их цель – оставаться анонимными. 

Расскажи немного подробней о выставке. Здесь 3 русских художника и 3 американских.

Мы решили сделать такую выставку-диалог Россия-Америка, и все работы сделаны специально для этой выставки. Казалось бы, Россия и Америка так далеки друг от друга! Но на многих американцев сильно повлияло русское авангардное искусство, а в Россию, в свою очередь, стрит-арт пришел как раз из Америки. Вот Mirf – классика, затэганные холсты. Миша Мост – это о нашей жизни: мы сидим тут, смеемся, а на заднем плане – разруха. У Димы Aske очень грустные работы, лирические, прямо ситуации из жизни. У Миши жизнь в глобальном плане, у Димы – в локальном, личном, в рамках наших домов. Это очень тонкая работа. Nootk – это человек, который ввел меня в курс дела. Когда я начинала работать на «Стене» Винзавода, я ничего не знала. Он мне все объяснил, какие команды я должна знать и т.д. Он, кстати, в какой-то момент пересмотрел свои взгляды на граффити.

То есть рано или поздно люди, все-таки, отказываются от граффити?

Да нет, у меня есть друзья, которые и в 40 лет бомбят. Я думаю, это здорово, когда человек по-всякому может, как Миша Мост, например – и на улице бомбить и для галереи работы делать. Но я совсем не эксперт, пойми.

Мне кажется, сам термин «эксперт» с трудом можно отнести к этому искусству. Это сообщество, тусовка. Ты либо в ней, либо нет.

Это верно. Вот я слышала критику в свой адрес, что я тут только приехала, а уже выскакиваю. Но я не хочу ждать в жизни пока за меня кто-то что-то сделает. Я иду и беру. Другого варианта нет.

  

________________

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

‘EAST STREET/WEST STREET’

8 ВЫСТАВОК - УСПЕТЬ УВИДЕТЬ В ФЕВРАЛЕ!

Другие события в разделе EVENTS

___________________

ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ 

Facebook.com/RusskyLondon

http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20%20Monika_0.JPG?itok=bTSpaIS_http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/2%20ASKEFF.JPG?itok=d_7QO2nnhttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/3%20MOSTF.JPG?itok=gjzq-0xvhttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/4%20NOOTKF.JPG?itok=HgBqkFgC