http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/4%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=R39TKKoshttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/3%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=MMMKwGONhttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/5%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=KgdoZew0http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/6%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=-Ou0dOughttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/2%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=CdhzzVL2http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=T-iQuMYthttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/DSC_0483.JPG?itok=dgKrXRSG
21/12/14

Как англичане город спасли

«Пусть светлым будет ваше пиво и неутомимы мужья!» – как завещал нам всем великий, веселый фламандец Клаас!

by Carina Cockrell

 

Пишу я вам, дорогие други мои, вернувшись из веселого фламандского города Брюгге. Интересная получилась поездка, даже не ожидала. Во-первых, я узнала, что такие безмерно отвлеченные вещи как книга и красота, могут вполне конкретно спасти целый город. Что однажды англичане и сделали. Но давайте по порядку.

Направляясь в новый город или страну, люблю перечитать что-нибудь из местной классики. Детали, конечно, изменяются, но суть национального характера (и разновидности местных ментальных тараканов) классика обычно схватывает верно. Вот и тут. «Легенду о Тиле Уленшпигеле» Шарля де Костера Дмитрий Быков (а в чем-чем, а в этом я ему доверяю) назвал в списке лучших книг всех времен и народов. Читала я ее давно, в прошлом веке. Так вот. Пока поезд несся по британским полям, потом нырял в туннель под Ламаншем, потом – несся по совершенно идентичному ландшафту, но уже французскому и бельгийскому, перечитывала я опять о веселом Тиле и его борьбе за освобождение фламандского народа от испанско-папистких захватчиков.

И вот какие истины мне открылись. Напрасно право человека на вкусное и разнообразное питание считают чем-то  низменным. Без преувеличения скажу, что именно так сформировалось самоуважение французской и фламандской личности: с уважения к собственному праву на изысканную вкуснятину. Личность, уверенная в своем вечном неотъемлемом праве производить и потреблять всякую изысканнейшую и первоклассную вкуснятину – за это и на костер пойти не грех. И шли веселые фламандцы. Недаром в романе Костера повторяется фраза, что испанский садист-король Филипп никогда не смеется, даже когда ему радостно от очередной его пакости. Он одинок и несчастен. А у Тиля везде друзья, что балагурят даже под пыткой, даже на костре. Им не страшно умирать: они ни минуты не сомневаются в своем вечном праве на бьющую через край жизнь, скворчащую чудесными гентскими сосисками, зеландскими мясистыми устрицами, искрящуюся отличными винами и знаменитым пивом Брюгге, истекающими соком на вертеле ортоланами. А вертела эти крутят пухлые ручки неотразимых, полногрудых и нежных хозяек постоялых дворов.

“Светлого вам пива и неутомимых вам супругов!” – желает дамам основательный, трудолюбивый балагур Клаас, отец Тиля, которого мучительно сожгут медленным пламенем испанцы. Жизнь жестока и коротка. И потому со всего этого жизнелюбия начинается уверенность людей в собственном праве жить,  пусть недолго, но так, как считают нужным и справедливым и верить в то, что считают справедливым. 

Что, казалось бы, испанскому королю, которому принадлежал тогда весь мир, включая Америку, какая-то маленькая полузатопленная Фландрия!  Но именно эту Фландрию ему нужно уничтожить и сломить ее дух, потому что во всем этом их жизнелюбии – отрицание его, королевского права, его правды, его жизни. “Упрямый, как мул, король Филипп, был убежден, что воля его, подобно воле божьей, должна властвовать над миром. Он мечтал о том, что наши края, отвыкшие от покорности, снова впряглись в старое ярмо, так и не добившись никаких реформ”. Пепел бедняги Клааса, зашитый в атласный мешочек, который носит теперь на груди его сын, Тиль – Совиное Зеркало (Уленшпигель!) – это о праве на собственное достоинство. Написано в веке XIX o веке XVI! В общем, правильная оказалась классика у фламандцев!

Брюгге, как гигантская музыкальная шкатулка, обрушился непривычными звуками: он звенел колокольными карильонами с трех своих колоколен, вскрикивал лебедиными кликами на каналах, цокал подковами тяжелых, фламандских лошадей по булыжной мостовой. Машин в самой старой части города, где мы поселились, почти не было. И запахи в Брюгге добротные, старинные – конского навоза, палой листвы, хвоей, тиной каналов и, конечно, шоколада и кофе!

Трудно сейчас поверить, что ЧЕТЫРЕ века – с 16-го до 19-го – тихо умирал славный когда-то город Брюгге.  Заилилась река Звин, занесло ее песком, не стало выхода к морю, и вся торговля английской шерстью, кожами, уникально ограненными бриллиантами (технологию сверхточной огранки здесь изобрели!) – переместилась в Амстердам.

И промышленная революция 18 века, охватившая Европу, прошла мимо города: население было слишком бедным, чтобы реконструировать дома под более просторные мануфактуры, как это происходило (и потому испортило!) другие города северной Европы. Брюгге ветшал нетронутый прогрессом. Бедность сохранила красоту.

Страшно, наверное, было тогда на Рождество в опустевшем, ветшающем Брюгге – черные окна, черная вода каналов, шныряющих по улицам крысы, сырость, змеей проникающая в пустые, безмолвные дома, с навеки погасшими огромными очагами. Тьма опять воцарилась здесь, как было в те времена, когда викинги еще не основали здесь порт и город, и по темным берегам Звина бродили медведи. Медведей здесь было так много, что сейчас они – на гербе города!

В 19 веке, после разгрома Наполеона при Ватерлоо, в сонном Брюгге остались уже только те, кто не мог по каким-то причинам уехать, или тот, кому было все равно, где доживать. Не закрылись тут только несколько пивоварен – единственное оставшееся на долю местных жителей средство развеивать тоску. Поэтому алкоголизм тут крепчал, а в Европе стала ходить поговорка: “пьяница, как из Брюгге”. Вот тогда, году в 1890-м,  и занесла судьба в этот город одного писателя по имени Жорж Роденбах, который и написал здесь книгу “Bruges la Morte». Книга имела два необходимых компонента любого бестселлера: предосудительная в моральном смысле интрига, включающая любовь горожанина к проститутке, разворачивалась на фоне талантливого описания запустения, от которого кровь стыла в жилах. Книгу тут же перевели на английский, и все это совпало с модой на романтические развалины, увитые плющом: в чем-чем, а в этом здесь недостатка не наблюдалось.  А тут среди английских офицеров, победителей при Ватерлоо, родилась спонтанная традиция – вывозить свои семейства в Бельгию, показать места славы британского оружия, и многие из них заезжали в Брюгге. И немели от романтического восторга: как в книге, даже лучше! И наиболее романтичные решали здесь поселиться. Потому что даже самые романтичные быстро смекнули: сильный английский фунт позволял англичанам жить в Бельгии на свои доходы просто припеваючи, гораздо лучше, чем в Лондоне. И многие англичане решали остаться в прекрасном, средневековом городе навсегда, обзавестись домом. Сначала переехало несколько десятков семей, потом – все больше! В общем, город возрождался, расцветал кружевными зонтиками, хорошел, и говорил по-английски! Нужны стали прислуга, транспорт, товары. Банки стали возвращаться. А где торговля и банки, там и до прекрасного рукой подать. Вот как флорентийское Возрождение взошло на мягком, шерстяном фундаменте благосостояния. Англичане в Брюгге давали любые деньги за фламандских примитивистов 16 века и увешивали ими свои великолепные особняки. Постепенно, видя такие новые деловые возможности, потянулся в Брюгге народ. И стал город уверенно возрождаться с легкой руки романтических книгочеев-англичан, привлеченных экстремальным туризмом катастрофы. Так некоторые ездят сейчас пощекотать нервы в Чернобыль.  

Вот как может возродить целый город своевременная книга, пусть и сомнительных художественных достоинств и сейчас совершенно забытая!

Во время Второй мировой войны городу тоже суждено было уцелеть. Его спасла красота. В буквальном смысле. В Гадцанде, на границе с Нидерландами была установлена артиллерийская батарея, которая уничтожила бы город. Но офицер, геноссе Хопман: сразу влюбившийся в Брюгге, отказался выполнять приказ по разрушению города, эмоционально заявив, что “это самый красивый город, это безумие! И никакого стратегического значения такое разрушение не имеет.”  И – невероятно – убедил командование отменить приказ.

Днем-то в Брюгге все в порядке.

Это днем Брюгге веселый, а вот ночью, когда возвращаемся мы в свой отель тихими, морозными, узкими, вымершими улицами и мостами над черными каналами, обступают нас со всех сторон древние вязы огромного парка Минневатер, и в отеле этом мы совершенно одни. Комнат в нем примерно десять. Работают тут две девушки. Одна – высокая чернокожая красавица с прекрасным французским языком и неплохим английским, а другая – тоненькая, очень приветливая белоснежка из Брюсселя, у которой английский чуть лучше. И наверное, поэтому она тут за главную. Между собой девушки, по всей видимости, неплохо ладят и говорят все время тоже по-французски. Завтрак готовят, когда бы мы ни проснулись, никаких ограничений, хоть в полдень.

Но как только высокие часы в приемной с огромным камином бьют четыре пополудни, они исчезают, и ночью-то мы остаемся в этом большом, неизвестно кем построенном доме (на фронтоне выбито 1711 год), совершенно одни, наедине с гигантскими каменными каминами в каждой комнате, украшенными головами горгулий с высунутыми, как у повешенных, языками, в стиле Иеронима славного Босха. А еще – тут высоченные потолки, и фламандские полы в черно-белую клетку, словно шахматная доска, знакомые нам по картине «Царь Петр допрашивает своего сына, царевича Алексея». 

В огромном, пустом отеле жутковато, из каминов тянет холодом, поэтому мы уходим в веселый город Брюгге бродить по его улицам над каналами, пахнущими горячим шоколадом, жареными каштанами и вафлями. На улицах звучит английская, испанская, французская речь.

Много утекло воды в каналах Брюгге, и крови в них было тоже немало! А вот бывшие вековечные враги, гонимые и гонители за веру, землю и т.д., сидят за столиками в одних и тех же ресторанах, и не понимают, как могло быть иначе.

Европе, обильно политой кровью, веками спустя стало ясно, что нет вещей более сакральных, чем человеческая жизнь и достоинство, и мир. И здравый смысл. И простые, негромкие, обыкновенные человеческие радости быстротечных наших жизней, вот доброе вино и крольчатина с бобами, и веселый огонь в очаге! 

И о чем еще молчаливо рассказывает Брюгге? Что Время излечивает все.

Даже остервенелую вражду, которую, казалось бы, излечить ничто не может.

Ведь сколько раз погибал, и сколько раз возрождался этот город.

Потому что красота – она ведь все-таки, хоть и редко, но, получается-то, ведь спасает! Да еще как! Вот оттого, наверное, и радостно здесь, и так хорошо – в этом фламандском городе.

«Пусть светлым будет ваше пиво и неутомимы мужья!» – как завещал нам всем великий, веселый фламандец Клаас!

 

Photo: Carina Cockrell

_____________________

ЧИТАЙТЕ 

Блог Carina Cockrell

_____________________

ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ 

Facebook.com/RusskyLondon

 

http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/4%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=R39TKKoshttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/3%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=MMMKwGONhttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/5%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=KgdoZew0http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/6%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=-Ou0dOughttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/2%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=CdhzzVL2http://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/1%20%D0%A0%D1%83%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%9B%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%BE%D0%BD.JPG?itok=T-iQuMYthttp://russkylondon.com/sites/default/files/styles/maximum/public/DSC_0483.JPG?itok=dgKrXRSG